Корзина
Нравится

Денис Симачев: "Хотите узнать, как я отношусь к геям?"

30218
Денис Симачев:

Один из самых успешных российских дизайнеров — Денис Симачев — на своих коллег по модному цеху совершенно не похож. И дело не только в бейсболке и усах. Перво-наперво, он не относится ни к себе, ни к моде слишком серьезно. Пока одни стремятся поразить мастерством кроя, наш герой печатает тираж аутентичных футболок с лозунгами про бабло, Черкизон и портретами «Владим Владимыча Путина» в окружении цветущих роз, и этого оказывается достаточно, чтобы о нем наперебой писали в модном глянце.

Со своей незамысловатой эстетикой Денис, что совсем уж редкость, получил признание по обе стороны и океана (его знают и в Штатах, и в Европе), и Садового кольца (Симачева одинакового уважают мальчики из Камергерского и нормальные пацаны из Кемерово). Сам Денис вряд ли станет рассуждать о том, можно ли назвать моду искусством. Для него это однозначно бизнес. И очень успешный. Магазины Denis Simachev, невероятно (и совершенно заслуженно) популярный Shop&Bar в Столешниковом — целая империя имени Симачева, построена на прибыли от бесконечного тиражирования одного единственного принта, легендарной Хохломы. Сегодня у Дениса как всегда много бизнес-идей и неосвоенных территорий. В своем интервью Денис рассказал о своих планах, новых проектах, отношениях с серфингом и московскими геями.

Начнем с основы основ – с хохломы. Как пришло в голову на ней заработать?

Не сказать, что я прям такой любитель народного творчества и конкретно этого узора. Но когда мне пришлось стать дизайнером одежды, и встал вопрос выхода на западный рынок, я понял, что там нужно появиться с каким-то готовым продуктом, произведенным в той стране, которую я представляю. Причем, продукт этот не должен быть не вторичным и не обработанным. Это должно быть что-то, пришедшее в Россию не с Запада. Уникальный продукт, который я могу экспортировать из своей страны.

Недавно в интервью нашему порталу Игорь Чапурин сказал, что Западу наши матрешки не нужны. Ведь в конце концов, помимо лубка у нас есть балет, литература и прочее.

Матрешки Западу не нужны – это факт. Очень легко пойти и накупить валенок, кокошников и матрешек, отвезти все это на Запад. Но это никогда не сработает. Тут важна интерпретация: насколько четко ты можешь интегрировать свое прошлое, прошлое своей страны в современные нормы морали, в fashion-индустрию. У меня это получилось с хохломой. Это теперь все говорят: "Хохлома – примитив. Ну что в ней такого?" Но до меня ее никто с земли почему-то не поднимал – она валялась без дела, считалась чем-то грубым, лубковым, неинтересным. Зато теперь, когда в ее продвижение было вложено столько сил и работы,  мы везде ее видим, все только и говорят, как здорово, что это все наше, что мы нигде это не сперли.

 

 


А вы как-то обрабатывали этот рисунок или просто заимствовали классический?

Рисунка хохломы в том виде, к которому люди сейчас привыкли, по сути, прежде не было. Он существовал в виде разрозненных элементов – на ложках, на чем-то еще. Нам понадобилось около года и семь крутых дизайнеров, чтобы со всех этих лубковых сувениров, которые продаются на Старом Арбате, собрать главное, создать принт и перенести его на ткань.

Это, кстати, было самым сложным – превратить это в нескончаемый рисунок, чтобы затем отправить итальянцам, а те уже могли печатать нам ткань рулонами. Это была большая работа, которую, конечно, трудно заметить и оценить. Но я, видя хохлому, всегда замечаю, где моя хохлома, а где срисованная. Я-то каждый этот цветочек рожал.

Помимо русской фольклорной культуры, Вы черпаете вдохновение в истории, причем в недавней – в "отвязных" 90-х. Почему это Вам близко?

Во-первых, это то время, которое я очень хорошо знаю, помню и чувствую. Так что  мне легко интерпретировать это все в "фэшн" в свойственной мне юмористической манере. Мы влезали и в более давние периоды нашей истории, но 90-е хороши тем, что для многих актуальны, поэтому идею моментально поддержали.

Когда вышла та коллекция, ее тут же принялись обсуждать в блогах. Причем до того активно, что это затмило чуть ли не все новости на тот момент. Помню, люди тогда разбились на два лагеря. Одни говорили, что все это грязь, ужас и про это нужно скорее забыть. А другие писали, как же круто, что мы об этом вспомнили. Но в любом случае, тема 90-х однозначно оказалась актуальной и интересной многим.

А на Западе «пацанская» тема хорошо пошла? Вообще, как считаете, обращение к 90-м – это не «сор из избы», когда остальные изо всех сил стараются представить Россию культурной, европейской?

Тут нужно понимать, что Западу по-честному все равно. Это как если бы японский дизайнер нам рассказывал о ситуации в Токио в 86 году. Нам было бы важно, что это японское, что это интересно, живо, с юмором. Мы бы просто рассматривали красивые картинки на майках и думали, как это круто и оригинально. А уж что он, дизайнер этот, туда вложил - что тут имеются в виду "УПГшные" группировки, которые разбираются друг с другом – мне было бы совершенно "фиолетово". Вот и Западу наплевать, что в 90-х творилось России. Это исключительно наш внутренний комплекс.

Твоя сексуальная ориентация – это только твое дело, оно должно оставаться личным.

Вообще, есть ощущение, будто вы на "реальных мужиков" ориентируетесь, а не на метросексуалов, которые, казалось бы, являются главными потребителями моды.

Хотите узнать, как я отношусь к геям, да? Абсолютно дружественно, они тоже у меня присутствуют в окружении. Это такое немножко западное воспитание, где не делятся на "пацанов" или "не пацанов". Если и есть деление, то на тех, кто чего добился, кто что может сделать круче тебя, интереснее. А у нас в стране все-таки еще присутствуют эти "понятия". Но я как-то нахожу возможности обходить острые углы. В нашей стране у меня и правда хорошие позиции и среди "пацанов", и среди геев, чему я рад.

Очень редкий случай. Так и хочется спросить: тяжело ли быть последним натуралом в мире моды?

Ну, я не думаю, что последним. А потом, разница в сексуальной ориентации на творчестве сказывается очень слабо. То, с кем ты спишь, никак не отражается на том, получается у тебя что-то делать, или нет. Если ты боксер и при этом гей, не факт, что у тебя будет хуже хук справа, равно как и лучше. Я в этом убеждаюсь на примере некоторых своих друзей. Твоя сексуальная ориентация – это только твое дело, оно должно оставаться личным.

Как бренд Denis Simachev будет развиваться дальше?

В наших планах – открывать новые магазины. Только что мы открыли магазин в аэропорту "Домодедово". Стало понятно, что работать с клиентами лучше в собственном пространстве, а не мультибрендовых магазинах, так что и дальше будем открывать новые точки. Будем объединять людей вокруг магазинов, нашего бара, клубных движений, то есть продвигать некий стиль жизни "Simachev". Это уже такая история, где вещи – майки, телефоны, планшетники - имеют второстепенную роль, а на первом плане философия, которую мы продвигаем, отношение к жизни. Что "по Денису Симачеву" хорошо, а что плохо. Когда люди будут понимать, что такое Denis Simachev, какой дух стоит за этим названием, тогда бренд будет продвигаться уже сам собой, а наш лейбл можно будет лепить на что угодно.

 

 


Недавно вы запустили линию Personal Selection – вещи, найденные на американских барахолках и в "секондах". А это как придумалось?

Все это произошло случайно. Путешествуя по Америке, вдруг понял, что набрал такую кучу вещей, которую никогда не сношу. Что делать? Стал раздавать друзьям. Они были в диком восторге от их оригинальности, качества и цены. Я подумал, почему бы и нет? Спрос рождает предложение: съездили в Лос-Анджелес, сделали выборку. Эта практика в мире существует давно, она просто не развита у нас.

В той же Америке ты можешь купить в «секонде» футболку за два доллара, а можешь за двести. И разница будет только в том, что за два перед тобой гора вещей, в которой тебе, чтобы вытащить эту самую футболку, придется копаться часов пять. А за двести ты приезжаешь в конкретный магазин, где профессионалы, у которых все в порядке со вкусом, уже за тебя покопались, сделали этот choice, уже отсеяли все ненужное, так что тебе осталось только прийти, потратить минут 15 на примерку. То же самое в нашем случае: мы сделали за людей некую работу, потому линия и называется Personal Selection.

Это превратится в постоянную историю или останется разовым аттракционом для друзей?

Думаю, это станет постоянным. А еще мы хотим поменять дислокацию, сделать отбор в Германии, Японии, во Франции – ну то есть, хорошенько поездить по разным странам и "надергать" свой "секонд-хэнд". Поищем за людей интересные шмотки, а заодно за них попутешествуем.

Не чувствуете ли Вы, что со всеми этими "айфонами" и холодильниками, которые вы в изобилии расписываете под хохлому, стали в большей степени промышленным дизайнером, чем модным?

А я всегда говорил, что я не дизайнер одежды. Для меня это очень случайная профессия. Я больше, чем дизайнер одежды, мне скучно заниматься только модой. Я всегда это понимал, поэтому пытался себя применить еще куда-то. Промдизайн всегда шел параллельно с моим основным творчеством – я люблю делать окружающие вещи лучше, красивее. Например, дизайн в баре тоже делал я, потому что не знал, кто еще сделает так, как мне бы этого хотелось. Сейчас, когда мы открываем новые места, тоже используем силы моих дизайнеров по интерьерам, полиграфистов, тех, кто отвечает за наши гаджеты. Это все отдельные команды, но они все действуют под моим руководством.



Знаю, что стремясь применить себя еще куда-то, Вы выучились на стилиста-парикмахера.

Да, в испанской академии. Но делал я это исключительно из желания создать сеть парикмахерских салонов. Дело было в 90-х. Я успел открыть только один, потом поступил в институт и понял, что нужно либо заниматься бизнесом, либо учиться. Я выбрал учебу, салон продал, а идею законсервировал. Внешне казалось, что я здорово проиграл – время зря потратил, деньги. Но мне все это сильно пригодилось. Я же начал осваивать бизнес. Ну и потом, когда дело дошло до показов, до работы со стилистами, мы смогли говорить с  ними на одном языке. Я заранее продумывал "луки", получалось все именно так, как мне было нужно.

А может вы еще парикмахерские салоны Denis Simachev откроете?

Вполне возможно, это в духе марки, в духе того самого нашего lifestyle. Почему бы и впрямь прически и макияж туда не привнести?

Про работу поговорили, давайте теперь про отдых. Знаю, что серфинг очень любите.

Люблю. Один из лучших видов экстремального активного отдыха. Просто однажды понял, что не могу матрасом лежать у бассейна, я больше раздражаюсь от безделья. У меня очень много друзей, занимающихся профессионально экстремальными видами спорта, начиная от мотогонок, заканчивая сноубордингом, серфингом и так далее. Приезжая к ним куда-нибудь, я втягивался.

Вот и с серфингом так же. Мой друг Руслан давно катается и однажды открыл для себя Доминикану. Потом я к нему приехал, и стало понятно, что это не просто крутой отдых, но и интересное направление. Открыли серфинг школу, потом стали заниматься недвижимостью. Все это выросло в большую серфовую доминиканскую историю - школу, недвижимость, гостиницы какие-то. В общем, бизнес. Хотя начиналось все просто с катания, волн, красивого побережья и вкусной еды.

 

 


Вы живете на несколько городов. А где Вам комфортнее всего?

В Лондоне. Он самый демократичный. Там всем наплевать – кто ты, чем ты занимаешься, сколько зарабатываешь. Есть некий барьер, некий буфер вокруг каждого человека, находящегося в этом городе. Мне там  комфортно, чувствую себя спокойно, безопасно. Со всеми остальными городами по-другому: нужно привыкать к ним, ловить общий ритм, подстраиваться под общие законы, шаблоны.

А к Москве-то как относитесь?

Москва в любом случае лидирует. Я тут родился и вырос, мне тут каждый камешек знаком, каждый кирпичик меня подпитывает. Если кого-то Москва высасывает энергетически, разрушает, у меня все наоборот. Видимо, город у кого-то силы забирает, а мне отдает. От Москвы я отказаться не могу, она - для меня. Я могу сравнивать ее с другими городами, но когда снова возвращаюсь сюда, будто в розетку включаюсь.

А какие места в любимом городе Вам милее всего?

Трудно сказать, потому что очень много работы, времени нет, чтобы куда-то сходить. Куча приглашений в рестораны, в клубы, в галереи, к друзьям – практически от всего приходится отказываться, потому что не успеваю. Нужно приехать в бар, проверить, что здесь и как, поехать на Курскую, где студия, производство и еще один закрытый клуб. Плюс у меня еще одно место работы появилось - британское рекламное агентство M&C Saatchi, я там креативный директор. Я постоянно в таком рабочем движении, так что редко когда можно куда-то вырваться. Может, сегодня удастся с дочкой в кино сходить, она уже месяц просит.

Фотограф: Владимир Долгов